Библиографическое описание:ОТНОШЕНИЯ СОБСТВЕННОСТИ В НОРМАХ ОБЫЧНОГО ПРАВА КРЕСТЬЯНСКОЙ ОБЩИНЫ ПРИАНГАРЬЯ ВТОРОЙ ПОЛОВИНЫ XIX - НАЧАЛА XX в : доклад, тезисы доклада / Б. Е. Андюсев. - [Б. м. : б. и.], 2019. - Текст : непосредственный // Гришаевские чтения : Материалы II национальной научной конференции, посвященной памяти доктора исторических наук, профессора, заслуженного работника высшей школы Василия Васильевича Гришаева / Красноярский государственный аграрный университет ; Гришаевские чтения (2019 ; 15.10 - 15.10 ; Красноярск) : Красноярский государственный аграрный университет, 2019. - С. 40-46. Перевод заглавия: PROPERTY RELATIONS IN THE CUSTOMARU LAW OF THE PEASANT COMMENITY PRIANGARE SECOND HALF XIX - EARTY XX CTNTURY
Аннотация:Основой законопослушания в прошлом служило следование нормам обычного права в своем социуме. В сибирских условиях XVII - начала XX в. в локальных общинах происходила трансформация традиционных русских норм обычного права в общем контексте адаптации. О практике применения обычного права в Сибири говорится в работах дореволюционного, советского и постсоветского периодов. Однако региональные и локальные роли крестьянского правового творчества в рамках сибирской общины по-прежнему остается недостаточно изученной. Поэтому мы ставили своей целью изучить вопрос о регулировании отношений собственности на основе норм обычного права в Енисейском Приангарье во второй половине XIX в. Выводы нашего исследования сделаны на методологических подходах микроистории, методом анализа источников личного фонда А.А. Савельева (ГАКК. Ф. 739. Оп. 1. Д. 21.). Архивные источники фонда А.А. Савельева разнородны по информативности и полноте, но исходят из среды старожилов: «приговоры» сельских сходов, общинных судов, содержащих вопросы внесения прошений, опроса свидетелей, межевания земель, вынесения решений, рассмотрения жалоб. Правовая самобытность крестьян Приенисейской Сибири проявилась в дробной разработанности норм-регуляторов сферы собственности, уклада материальной повседневности, правил ведения хозяйства. О наличии купли заемли свидетельствуют десятки документов фонда: купля-продажа пахотной и покосной земли. Основным источником собственности на землю в таежной Пинчугской волости был личный труд крестьян. Здесь общинник предстает воедино в лице домохозяина, собственника и труженика, налогоплательщика, имеющего круг прав и обязанностей. Община крестьян Приангарской Сибири взаимодействовала с ее рядовыми членами на паритетных началах. Пинчугский волостной суд крайне дотошно рассматривал спорные дела, касающиеся не только земельной, но и иной собственности, например мельницы; реализация права собственности касалась пахотной земли, рыбных и охотничьих угодий, урожая, добытого зверя или выловленной рыбы. В случае возникновения непростых ситуаций судьи искали выход согласно имеющимся прецедентам или привлекали советчиков из наиболее мудрых и знающих стариков. Волостной суд выносил и решения на основе традиций-прецедентов по фактам нарушений местных традиций. Быт крестьянского населения, сложившийся исторически, объяснял стремление крестьян подчинится суду односельчан, не имеющего ничего общего с формальным судом, писаным законом, но вполне удовлетворяющий понятиям справедливости. Мы находим в источниках ссылки на «традиции дедов», на «обычаи в нашем селении и волости», «так здесь принято», «согласно местным обычаям», «по обычному праву». Практически каждое дело заканчивалось формулировкой «достигнуто миролюбивое соглашение». Крестьянский мир Приенисейского края на рубеже XIX-XX вв. продолжал сохранять юридические обычаи, выработанные их предками еще в «России» и адаптивно видоизмененные в Сибири.
The basis of law-abiding in the past was following the norms of customary law in their society. In the Siberian conditions of the XVII-early XX centuries, the transformation of traditional Russian norms of customary law in the General context of adaptation took place in local communities. The practice of application of customary law in Siberia is described in the works of the pre-revolutionary, Soviet and post-Soviet periods. However, the regional and local roles of peasant legal creativity within the Siberian community are still insufficiently studied. Therefore, we aimed to study the regulation of property relations on the basis of customary law in the Yenisei Angara region in the second half of the XIX century. the Conclusions of our study are made on the methodological approaches of microhistory, by analyzing the sources of the personal Fund of A. A. Savelyev (GACC. F. 739. Op. 1. D. 21.). Archival sources of the A. A. Foundation Savelyev are heterogeneous in information and completeness, but come from among old-timers: "sentences" of rural gatherings, community courts containing questions of petitions, questioning of witnesses, land surveying, making decisions, consideration of complaints. The legal identity of the peasants of the Yenisei Siberia was manifested in the fractional elaboration of norms-regulators of the sphere of property, the way of material everyday life, the rules of farming. Dozens of documents of the Fund testify to the existence of the purchase of land: purchase and sale of arable and mowed land. The main source of ownership of land in the taiga Pinkovskiy parish was a personal labor of the peasants. Here the commoner appears together in the person of the householder, the owner and the worker, the taxpayer having a circle of the rights and duties. The community of peasants of Angara Siberia interacted with its ordinary members on a parity basis. Pinchug volost court extremely meticulously considered the disputable cases concerning not only land, but also other property, for example mills; realization of the property right concerned arable land, fish and hunting grounds, a crop, the extracted animal or the caught fish. In case of difficult situations, the judges sought a way out according to the existing precedents or privekali advisers of the wisest and most knowledgeable old men. The volost court also made decisions on the basis of traditions-precedents on the facts of violations of local traditions. The way of life of the peasant population, which has developed historically, explained the desire of the peasants to submit to the court of fellow villagers, which has nothing to do with the formal court, written law, but quite satisfying the concepts of justice. We find in sources references to "traditions of grandfathers", to "customs in our settlement and volost", "so it is accepted here", "according to local customs", "according to customary law". Almost every case ended with the phrase" a peace agreement has been reached." The peasant world of the Yenisei region at the turn of the XIX-XX centuries continued to preserve the legal customs developed by their ancestors in "Russia" and adaptively modified in Siberia.
Ключевые слова:microhistory, personal fund, society-community, traditions and adaptations, property relations, volost court, "verdict", plaintiff, defendant, material life, purchase and sale of land, source of property, "traditions of grandfathers", "customs", "so it is accepted", "Agreement", peasant world, микроистория, личный фонд, общество-община, традиции и приспособления, имущественные отношения, волостной суд, "приговор", истец, ответчик, материальный быт, купля-продажа земли, источник собственности, "традиции дедов", "обычаи", "так принято", "Соглашение", крестьянский мир
